Читаем детям 1-2 лет
Читаем детям 2-3 года
Читаем детям 3-4 года
Читаем детям 4-5 лет
Читаем детям 5-6 лет
Читаем детям 6-7 лет
Сказки

 

Дух в бутылке

Рейтинг:   / 1
ПлохоОтлично 

Жил-был бедный дровосек. Долгие годы трудился он с утра до поздней ночи а, когда, наконец, накопил немного деньжат, позвал своего сына и говорит:

— Сынок мой единственный! Деньги эти, заработанные трудом и потом, пойдут на твоё учение. Станешь ты у меня учёным человеком и, даст бог, ещё и меня прокормишь, когда я буду старым стариком и придётся мне дома на печи сидеть.

Пошёл сын учиться в самую лучшую школу; учился он прилежно, хорошо — все учителя его хвалили.

Год проучился, другой — выучился грамоте, ещё немного — и обучился бы всем наукам, но тут у отца кончились деньги, ведь и было-то их — кот наплакал.

И пришлось нашему грамотею возвращаться домой.

— Эх, сынок,— вздохнул отец,— ничего я больше тебе дать не могу. При нынешней дороговизне я и на хлеб-то еле-еле зарабатываю.

— Не горюйте, батюшка,— отвечал сын,— может, всё ещё к добру обернётся; а я уж как-нибудь не пропаду.

Стал отец собираться в лес по дрова, сын и говорит:

— Пойду-ка и я с вами, подсоблю.

— Смотри, сынок,— говорит отец,— не легко тебе придётся, ты к нашей работе не привык, не выдюжишь; да к тому же и топор у меня всего один, а купить второй не на что.

— А вы пойдите к соседу,— отвечал сын,— одолжите у него топор на то время, пока я на свой заработаю.

Одолжил отец топор у соседа, и на другой день, ещё затемно, отправились в лес.

У грамотея работа спорилась на удивление, трудился он, словно играючи.

Когда солнце поднялось высоко, сказал отец:

— Теперь отдохнём да пообедаем, а там с новыми силами— за дело.

Но сын взял свою краюшку хлеба и говорит:

— Вы, батюшка, пообедайте, отдохните, а я не устал — пойду прогуляюсь по лесу, птичьих гнёзд поищу.

— Шалопай!—сказал отец.— Ишь, что выдумал — по лесу шастать! Устанешь, потомГ топор не поднимешь! Оставайся-ка лучше тут да посиди со мной!

Но сын был уже далеко; он жевал свою краюшку да весело поглядывал по сторонам: нет ли где в зелёных вершинах птичьего гнёздышка?

Ходил он, бродил и, наконец, набрёл на болыной-пре-болыпой дуб — сразу видно было, что ему много сотен лет, пятеро мужчин его бы с трудом обхватили.

Остановился малый, залюбовавшись лесным великаном, и невольно подумал:

«Ну, тут, наверное, много птиц гнездится!»

И вдруг ему показалось, что кто-то его окликнул.

Прислушался он — и правда, кто-то чуть слышно просит:

— Выпусти меня на волю! Выпусти меня на волю!

Но сколько паренёк ни озирался — никого не было видно, а чудилось ему, будто голос идёт из-под земли.

Он крикнул:

— Эй, где ты?

Голос ответил:

— Я тут внизу, под корнями дуба. Выпусти меня, выпусти меня!

Паренёк разгрёб землю, пошарил под корнями и вскоре заметил в маленькой ямке стеклянную бутылку.

Поднял её он, посмотрел на свет — а там без остановки прыгала и скакала какая-то тварь, вроде лягушки.

— Выпусти меня! Выпусти меня!—послышалось снова, и наш грамотей, не ожидая ничего худого, вытащил из бутылки пробку.

Тотчас же тварь выскользнула из горлышка и начала расти прямо на глазах. Выросла она так быстро, что не прошло и минуты, как перед грамотеем оказалось страшилище, ростом немного пониже того дуба, под которым он стоял...

— Знаешь, какая тебе будет награда за то, что ты меня выпустил на волю? — заревело чудище страшным голосом.

— Нет,— спокойно ответил грамотей,— откуда же мне это знать.

— Так знай! Я злой дух! Тебе головы не сносить!

— Что же ты мне об этом раньше не сказал,— возразил паренёк,— я бы, пожалуй, не стал тебя тогда беспокоить! Но только сносить мне голову или не сносить — тут ещё надо народ спросить!

— Какой там ещё народ,— крикнул дух,— что ты заслужил, то и получишь! Ты что думаешь, меня заточили в бутылку за хорошие дела?-Нет, брат, ошибаешься, и тому, кто меня выпустит, полагается страшное наказание: я должен свернуть ему шею!

— Погоди, погоди,— сказал грамотей,— тут спешить нельзя. Надо сперва проверить, действительно ли ты тот самый дух или нет. Может, это вовсе и не ты в бутылке сидел? Вот если сумеешь обратно в неё залезть, тогда я тебе поверю. И можешь делать со мной всё, что хочешь.

— И всё? — сказал дух презрительно.— Это пустяк! Смотри!

Тут же он так съёжился, стал таким маленьким и тоненьким, что без труда снова пролез в горлышко бутылки.

Но едва он там оказался, как наш грамотей, не будь глуп, заткнул бутылку пробкой и швырнул её на старое место — в ямку под корнем дуба. Так-то дух и попался!

Паренёк направился было к отцу, но дух снова жалобно-жалобно запищал:

— Выпусти меня на волю! Выпусти меня!

— Нет уж, брат,— сказал грамотей,— во второй раз тот же номер не пройдёт! Выпустить того, кто меня хочет убить? Не за тем я грамоте обучался.

— Если ты меня выпустишь на волю,— пропищал дух,— я тебя так отблагодарю, что ты всю жизнь будешь жить припеваючи!

— Нет, спасибо,— отвечал паренёк,— ты меня просто хочешь обмануть.

— Смотри, не упусти своё счастье! — сказал дух.— Я тебе ничего худого не сделаю, а награжу тебя по-царски!

Грамотей подумал: «Ну, что ж, рискну! Может, он и сдержит слово; а сладить со мной — он всё равно не сладит!»

Тут он вытащил пробку. И снова на волю выскользнул дух и вырос в огромного великана.

— Вот тебе и награда,—сказал он и протянул грамотею какой-то лоскуток, похожий на пластырь.— Потрёшь концом этого лоскутка рану — она сразу заживёт, а вот если другим концом потереть сталь или железо — они сразу превратятся в серебро.

— Сейчас проверим,— сказал грамотей, подошёл к дереву, поцарапал его кору топором и потёр это место кончиком лоскутка. Царапина тут же затянулась, и следа не осталось.— Что ж, похоже на правду!—сказал грамотей.— Теперь можем и проститься.

Дух поблагодарил его за освобождение, а грамотей поблагодарил за подарок и пошёл к отцу.

— Где это тебя носило! — заворчал отец.— Уже забыл про дело? Я сразу сказал, что не будет от тебя толку.

— Не сердитесь, батюшка, я наверстаю.

— «Наверстаю»,— передразнил отец сердито,— где уж тебе!

— А вот смотрите, отец, сейчас я вон то дерево срублю, берегитесь, как бы оно вас не зашибло!

Паренёк незаметно потёр свой топор пластырем, размахнулся и изо всех сил ударил.

Но ведь топор стал серебряным — лезвие его сразу смялось.

— Что же это вы мне за топор подсунули, папаша,— закричал паренёк,— он весь перекосился!

— Батюшки мои!—закричал отец, перепугавшись.— Что ты натворил! Чем я буду за топор расплачиваться? Нечего сказать, помощничек!

— Не серчайте, батюшка,— отвечал сын,— расплачусь я за этот топор.

— Молчи уж, шалопай, чем ты там заплатишь? Сам гол как сокол, а туда же: «заплачу»...— заворчал отец.— Может, ты там и все науки превзошёл, но до настоящего дровосека тебе далеко. Тут, брат, нужна голова на плечах.

Послушал, послушал паренёк отцовскую воркотню, а потом и говорит:

— Раз уж всё равно мне больше работать нечем, давайте на сегодня пошабашим.

— Ты в уме? — раскипятился отец.— Я, брат, не могу сидеть сложа ручки, как ты. Мне работать надо! А ты можешь убираться.

— Батюшка, да ведь я впервые в этом лесу, я и дороги отсюда не найду, пойдите уж со мной.

Старик поворчал ещё немного для приличия, но, наконец, смягчился, и они пошли домой.

По дороге он сказал сыну:

— Сходи-ка в город, продай загубленный топор, да, смотри, подороже; а уж сколько не хватит, я как-нибудь заработаю — вернём соседу долг.

Сын отправился в город и отнёс топор прямо к ювелиру.

Тот сделал пробу, взвесил топор, и сказал: «Цена ему четыре сотни талеров, но у меня наличных столько сейчас нет».

Грамотей отвечает: «Дайте мне сколько есть, а остальное я поверю вам в долг».

Ювелир дал ему триста талеров и остался должен ещё целую сотню.

Вот пришёл грамотей домой и говорит:

— Батюшка, деньги у меня есть, пойдите, спросите, сколько хочет сосед получить за свой топор.

— Да уж я это знаю: он требует талер и шесть грошей.

— Так вы дайте ему вдвое больше — два талера, двенадцать грошей,— и хватит с него. А денег у нас, глядите, теперь вдоволь,— и с этими словами подал отцу целую горсть новеньких талеров.—Живите,— говорит,— батюшка, в своё удовольствие, ни в чём себе не отказывайте.

Старик так и ахнул.

— Откуда же,—говорит,— сынок, у тебя такое богатство взялось?

Тут-то сын и рассказал ему всё как было, взял себе часть денег и уехал доучиваться.

Выучился он на доктора и со своим волшебным пластырем стал знаменитейшим врачом — самым знаменитым на всём белом свете.

 

Перевод Б. Заходера

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Последние новости
Самое читаемое